наверх
1957

РАВИЛЬ. ИСТОРИЯ ЖИЗНИ

10 сентября 2003

«Я знаю, что стал наркоманом задолго до первого укола. С детства, когда я начал дома врать, когда хотел казаться тем, кем не являлся.
1995 год. Дома я был ангелочек - покладистый, учителя плохого подумать не могли. Хотя с 12 лет курил анашу и токсикоманил. А родители даже не знали, что курю сигареты. Я общался со старшими и считал себя выше ровесников. Выпивал тоже на уровне старших, чтобы не отличаться, и очень этим гордился. Авторитетов для меня не было.
1997 год. В 14 лет поступил в суворовское училище. Там было полно детей богатых родителей, у которых в голове была учеба, музыка, компьютеры, у меня - только улица. Я начал этим завоевывать уважение, развивать дедовщину: за меня заправляли койку, стояли в нарядах. Я преуспел только в том, как человека сломать и задавить морально. Пьянствовал без удовольствия - по необходимости. Когда накуривался, были сумасшедшие головные боли, но я это делал, так как все делали. Когда героин понюхал впервые - блевал. Думал - какой в этом кайф? Как вообще наркоманом можно стать? Употреблял периодически: раз в неделю, раз в месяц. Был убежден, что смогу с этим справиться. Но через какое-то время понял, что обладаю тем, чем владеет не каждый - состоянием легкости, беспроблемности. Когда денег не было, отнимал у сверстников стипендию, местных «ставил на деньги». Начались махинации, кражи. Мы разработали план, нашли подельников и ограбили канцелярию училища, где была офицерская зарплата. И делали это трижды - руководство так и не нашло виновников. Я забил на учебу. Себя жалеть начал: «Три года потерянного детства - мои ровесники гуляют с девушками, их дома кормят мама с папой, а ты сидишь в училище непонятно зачем...»
И я решил бросить учебу. Мне нужны были деньги, тянуло домой. Казалось - уеду в Челны, все будет по-новому. Я не знал, что там друзья уже сели на героин. Приехав домой, я сказал: меня в училище душат, стал рассказывать все то, что сам делал с другими. Наркоманы гениально манипулируют людьми - родители поверили, хотя у них были докладные о моем поведении, что не меня терроризировали, а я давил, и что в училище праздник был, когда я уехал.
1999 год. В 16 лет я был законченный наркоман. Брался за голову, когда было совсем плохо. Изображал примерного сына, чтобы видели, как я стараюсь - играл на публику. Поступил заканчивать школу. И продолжал употреблять. Родители поняли, что с этим нужно что-то делать. Братишка попадал по полной - все лето вкалывал, а я мог выклянчить у него зарплату. Ему на улице говорили: «Твой брат - наркоман». Я этому не предавал значения - у наркомана закрытый ум, он причиняет боль и не задумывается об этом.
Тогда меня повезли лечиться в первый раз в Абдулино к бабе Шуре, она меня «заколдовала». И там я попробовал новый наркотик. Меня кумарило, выворачивало, цыганенок подбегает: айда ханку возьмем. Я через неделю снова начал торчать, подсел на систему. Система - это систематическое употребление, когда не можешь остановиться. С утра сопли, живот крутит, понос начинается, суставы выворачивает - пока не примешь, так и будет. Во время такого состояния, когда надо дозу найти, творишь чудеса - можно весь город пешком исколесить. Говорят, наркоманы слабовольные. Никогда не поверю. Ведь человек когда гриппует - лежит плашмя. У наркомана же каждая клеточка тела болит, но он идет искать.
Потом меня лечили в Уфе, в реабилитации ПНД. Я буквально из-под капельницы сбегал и «брал». К тому времени я уже мог найти дозу в любом городе. В метро смотрел на людей и видел, у кого можно брать.
После Уфы меня привезли в Челны, закрыли в квартире, месяц водили за ручку, я не употреблял сильных наркотиков, только бухал и барбитуру кушал. И еще у меня была интернет-зависимость: я торчал в чатах. А потом мне поставили диагноз - ВИЧ. Навалилась апатия, депрессия - какой смысл жить? К тому времени родители развелись, папа ушел, мама переехала в другой комплекс. Я остался в квартире: без работы, без денег, на меня все наплевали. Сначала это было на руку: я воровал, гоп-стопил. За 7-8 месяцев деградировал. Употреблял бешеные дозы - около грамма в день. Мог сосульку сорвать, растопить ее и «поставить». Высох. Был весь в фурункулах - кровь заражена, постель коричневая, дома притон - кругом шприцы, все пьяные и «убитые». Поселил у себя барыгу - он меня «лечил», я ему обеспечивал «крышу», с пушкой ходил рядом...»
Если предложить вам дописать пару предложений и завершить эту историю, что бы вы написали? Трагическую развязку в реанимации или камере? Или посчитали, что возможен иной финал? Скорее всего, тех, кто склонится к хэппиэнду, найдется немного. Считается, что со дна, на котором оказался Равиль, подняться уже невозможно...
Когда в «Челны ЛТД» вышли два материала про челнинских наркоманов, в редакционной почте появились письма: «Зачем вы пишете такие безвыходные вещи? Ведь есть же люди, которые смогли соскочить. Пишите лучше о них». Мы нашли людей которые «слезли»... Они не говорят «я завязал». А говорят «я буду оставаться чистым, сколько смогу». Что стало с Равилем дальше - читайте в следующем номере...

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Вернуться в ленту